МАДИ МАМБЕТОВ
Утром 1 мая 2015 года улицы, прилегающие к зданию Государственной филармонии имени Джамбула в Алматы, были заполнены многотысячной толпой. В этом здании проходили многие значимые концерты классической музыки, здесь проводились популярные фестивали джазовой музыки, здесь выступали музыканты с мировым именем, - но никогда на моей памяти не бывало тут такого аншлага. Тысячи алматинцев пришли не на концерт – на прощание.
Парой дней раньше Казахстан и мир проснулся, чтобы узнать, что поздно вечером 28 апреля в Москве не стало Батырхана. Всего 52 года. Сердце. Та весна поставила точку на карьере, начавшейся в 1970-х годах, охватившей первую четверть века независимости страны, карьере, уже к середине которой артист мог обходиться без фамилии и полного имени – все постсоветское пространство знало, о кем шла речь, когда звучало имя «Батыр». Пять декад, с 70-х по десятые, Батыр творил, создавал, совершенствовался как музыкант и артист, - от ветхозаветных комсомольских поездок с концертами на байкало-амурскую магистраль до перестроечных гастролей по городам и весям Казахской ССР в составе ансамбля Розы Рымбаевой «Арай», от «Рождественских встреч» Аллы Пугачевой и международной славы с «А-Студио» в 90-х до записи программного альбома «Отан ана», который сделал для популяризации национального языка и музыки в Казахстане больше, чем все пропагандистские начинания министерств. Батыр был настолько тесно вплетен в культурно-артистическую жизнь и мифологию страны, что мысль о том, что он – живой, молодой, не останавливавшийся в своем творчестве и поиске, - вдруг будет вырван из этого контекста, разбивала сердце. Ощущение потери было настолько острым, что даже те, кто ни разу не побывал на концерте Батыра, кто не был знаком с ним лично, стояли с залитым слезами лицом – и там, на панихиде в филармонии, и парой дней раньше, на площади перед Дворцом Республики, где стихийно собрались сотни поклонников, хором певших песни ушедшего в попытке справиться с горем. Только тремя годами позже, после убийства Дениса Тена, Казахстан увидел подобный взрыв всенародной скорби.
Москве не стало Батырхана. Всего 52 года. Сердце. Та весна поставила точку на карьере, начавшейся в 1970-х годах, охватившей первую четверть века независимости страны, карьере, уже к середине которой артист мог обходиться без фамилии и полного имени – все постсоветское пространство знало, о кем шла речь, когда звучало имя «Батыр». Пять декад, с 70-х по десятые, Батыр творил, создавал, совершенствовался как музыкант и артист, - от ветхозаветных комсомольских поездок с концертами на байкало-амурскую магистраль до перестроечных гастролей по городам и весям Казахской ССР в составе ансамбля Розы Рымбаевой «Арай», от «Рождественских встреч» Аллы Пугачевой и международной славы с «А-Студио» в 90-х до записи программного альбома «Отан ана», который сделал для популяризации национального языка и музыки в Казахстане больше, чем все пропагандистские начинания министерств.
Батыр был настолько тесно вплетен в культурно-артистическую жизнь и мифологию страны, что мысль о том, что он – живой, молодой, не останавливавшийся в своем творчестве и поиске, - вдруг будет вырван из этого контекста, разбивала сердце. Ощущение потери было настолько острым, что даже те, кто ни разу не побывал на концерте Батыра, кто не был знаком с ним лично, стояли с залитым слезами лицом – и там, на панихиде в филармонии, и парой дней раньше, на площади перед Дворцом Республики, где стихийно собрались сотни поклонников, хором певших песни ушедшего в попытке справиться с горем. Только тремя годами позже, после убийства Дениса Тена, Казахстан увидел подобный взрыв всенародной скорби.
Мне, выросшему на пластинках групп «Арай» и «А-Студио», довелось познакомиться с Батыром лично. Я много лет работал музыкальным обозревателем для ряда казахстанских изданий, и одним из больших плюсов этой деятельности была возможность брать интервью у по-настоящему значимых артистов. Батыр – человек вызывал не меньшее восхищение, чем Батыр-звезда. В том числе и потому, что он умудрялся оставаться аутентичным как на сцене, так и в гримерке. Несмотря на свой супер-звездный статус, он был исключительно тактичен, безупречно вежлив, от него веяло той почти старомодной интеллигентностью, которой наверняка отличались его преподаватели в ленинградском Институте культуры и алматинской Консерватории. Он был великим музыкантом на сцене и в студии, подлинным перфекционистом, и в общении с прессой ему интереснее всего было рассказывать о музыке и о творчестве.
Большие артисты никогда не уходят навсегда и бесследно. Батыра нет уже шесть с лишним лет, но он продолжает жить в своих песнях, записях своих концертов, в конкурсе молодых музыкантах, который проводят его наследники. А в этом году в магазинах появилась книга «Батыр Live».


Это элегантное коллекционное издание – настоящий подарок для поклонников Шукенова, желающих сохранить у себя какое-то напоминание об артисте, материальное, осязаемое. Музыку мы давно слушаем в виде призрачных файлов, журналы с постерами ушли в историю, но книга остается тем, что можно взять в руки, ощутить вес, плотность страниц, фактуру бумаги. Изданная фондом Батырхана Шукенова, книга подготовлена, возможно, лучшей командой авторов – за текстовую часть отвечает Бюро текстов Text And The City, оформлением занимался коллектив дизайнеров Etage. Не глянцевое, не кричаще-роскошное, это издание отличается таким же сдержанным, но безукоризненным стилем, как и сам Батыр.
Мне кажется, он бы был доволен этой книгой. Она построена на цитатах самого Батырхана, взятых из огромного количества интервью, которые он дал при жизни. Очень сдержанный, не любивший распространяться о своей личной жизни, сторонящийся слухов, сплетен и скандалов, Батыр здесь такой, какой был при жизни – философичный, мудрый, влюбленный в музыку и творчество. Здесь нет ни биографии артиста, ее легко можно найти что в википедии, что в других интернет-источниках; здесь нет воспоминаний современников, за ними можно обратиться к документальным фильмам, снятым о нем. В «Батыр Live» есть только Батырхан – своими словами и на многочисленных фотографиях. Фотографии занимают большую часть книги, и большую часть снимков сделал Николай Постников, несколько десятилетий снимавший Шукенова.
Часть книги написана на русском языке, часть – на казахском, а часть, что вызывает особое восхищение, исполнена шрифтом Брайля, что делает книгу доступной и незрячим и слабовидящим.
Это издание посвящается как преданным поклонникам музыканта, так и тем, что хотел бы открыть его для себя впервые или заново. «Батыр Live» является коллекционным изданием, а скоро обещает стать библиографической редкостью.