ГАЛИНА РЫЖКИНА
|
1988 год.
Вот-вот начнется официальный вывод советских войск из Афганистана. В СССР отменяют карательную медицину, перестают глушить радио “Свобода”, а на центральном телевидении выходит
молодежная программа “Взгляд”. В Союз приезжает Рональд Рейган. 

“Свобода – это признание того, что ни один человек, ни одно учреждение или правительство не имеет монополии на правду, что жизнь каждого человека обладает бесконечной ценностью”, произносит американский президент в зале Московского Государственного Университета.
1988 год.
Молодежь СССР встречает своего последнего киногероя. Рашид Нугманов показывает “Иглу”, и худощавый Виктор Цой, который придумал написать: “это кино не для вас”, равнодушно входит в историю уже иконой.
1988 год.
Из ансамбля “Арай” выходит талантливый саксофонист Батырхан Шукенов и создает собственную группу. Он выпускает первый и очень точно очерчивающий время альбом “Путь без остановок”. И этот путь приводит его к такому успеху, что и он, и его группа становятся символами нового времени, его главными романтиками.
“Батыр LIVE” – альбом - воспоминание, привет из прошлого, как те песни “А-Студио” с первых пластинок, которые мы знаем наизусть. Из прошлого, где фатальная неизбежность перемен висела в воздухе, где все безвозвратно рушилось и менялось, но из хаоса и предчувствия конца рождалась невыносимо долгожданная свобода. И Батырхан Шукенов был человеком той свободы.

Он верил в силу музыки, в перемены, по-мальчишески верил в любовь и нес эту искренность на концертные площадки к растерянным гражданам, которым в тот момент были нужны именно его теплые песни. “Внутри себя нужно беречь, воспитывать чувство доброты, милосердия”, говорил он, и так он чувствовал.

Сегодня то есть уже издалека, понятно: его уходом из жизни в 2015 году было очерчено другое время. Так сложилась судьба человека, так сложилась и судьба той свободы, которую он олицетворял - она оказалась короче его жизни. Но если бы он был жив, наверное, был бы отчаянно разочарован, как все художники, заставшие историю в самом мощном ее движении, а потом то, чем она обернулась. Он был бы разочарован, видя, как в этом новом мире каждый стремится стать “звездой на короткую дистанцию”, видя, как мало места милосердию в разорванной в клочья, тиражируемой на миллиарды фейковых копий реальности. Как в ней перестала иметь значение правда, но стал сильнее страх. 
Ему тут нет места, но вот в чем дело: в таком мире есть место его музыке. И это то, что уже доказало беспощадное к большинству музыкантов время. У его песен стало еще больше смыслов, и еще больше значения. Держась за наивность и романтику Батыра как символ нашего короткого лета юности и свободы, мы не цепляемся за прошлое, нет, мы несем ту легкость, свет и тепло в любой, даже свой самый трудный день.